ОРУЖИЕ В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИИ

В замечательной во многих отношениях книге известного отечественного антиковеда И.М.Дьяконова (оставшейся, к сожалению, незаслуженно незамеченной) новое истолкование получили многие фундаментальные вопросы стадиальной теории общественно-экономического развития от древности до современности. Говоря, в частности, о становлении новой системы производственных отношений, И.М.Дьяконов указывает как на абсолютное условие для этого "введение принципиально новых технологий, в особенности технологии производства оружия" ¹. Если кому-то и покажется, что это утверждение всего лишь трюизм, то хотелось бы предостеречь от поспешных выводов. В сущности, не порывая с марксовой парадигмой исторического процесса, т.е. рассматривая его как проявление естественного "хода вещей", И.М.Дьяконов видит самый существенный недостаток исторической теории Маркса, "одного из великих учений прошлого столетия", в том, что она, подобно многим другим "продуктам" общественной мысли от иудаизма до Огюста Конта и Джона Стюарта Милля, была пронизана позитивизмом, идеей последовательного улучшения человечества. А это, замечает И.М.Дьяконов, находилось в критическом противоречии со сформулированном ещё в 40-х годах XIX в. законом сохранения энергии. "Ничем не ограниченный, вечный прогресс (предполагающий, конечно, затрату энергии), - резюмировал И.М.Дьяконов, - есть случай вечного двигателя и противоречит этому основному закону природы. И в этом заключается надежда человечества, поскольку "неограниченный" технологический прогресс уже привёл человечество на грань экологической гибели, чего не предвидели ни Маркс, ни другие мыслители истекших полутора веков" ².

Прогресс в производстве оружия уничтожения, в перечне достижений XX в. занимающий одну из верхних строк, по мнению И.М.Дьяконова, оказывает непосредственное влияние на "смену производственных отношений", но, конечно, не на безвозмездной основе. И в самом деле, цена прогресса в этом смысле порой становится совершенно непомерной, обращая в свою противоположность понятие человеческого гения. А коль скоро речь идёт о XX в., в "перечне достижений" которого совершенствование оружия массового уничтожения занимало едва ли не самое "почётное" место, то, пожалуй, стоит признать чистую условность, умозрительность любых версий линейно-непрерывного поступательного развития. Революционное значение переворотов в вооружениях, появление новых его видов и неконтролируемое распространение их по земному шару - способные уничтожить человечество (и всё живое) как биологический вид и одновременно открывающие для него новые возможности - действительно позволяют говорить скорее об амбивалентно-непредсказуемом, катастрофическом характере цивилизационного развития, чем о предопределённом плавновосходящем движении к высшей гармонии. Если же "уйти" от абстракций и опуститься на уровень реальной политики, то нужно сказать, что и в мирное время за совершенствованием военных технологий следует, как правило, болезненная ломка межгосударственных отношений и, наряду с этим, безумные грёзы военных вождей или одержимых манией величия политиков-"крестоносцев". Академик П.Л.Капица в статье, опубликованной в 1956 г. в "Новом времени", справедливо заметил, что одно чувство страха перед тяжёлыми последствиями атомной войны не исключает возможность "появления человека с образом мыслей и моральным уровнем Гитлера, который при осуществлении своих агрессивных действий смог бы побудить своих верноподданных не считаться с бедствиями атомной войны" ³.

В сущности, этот "частный" случай, вплетённый в канву трагических событий 1933 - 1945 гг., исследует в интересной, близкой к жанру исторического детектива, но строгой с точки зрения научных критериев книге доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института военной истории Министерства обороны РФ А.С.Орлов. Автор вложил в неё итоги своих многолетних изысканий, тщательного изучения источников, многообразной и разноязычной литературы. Достоверность выводов А.С.Орлова покоится на прочном фундаменте фактов, перепроверке различных версий, их сопоставлении и аналитической оценке. И всё это делается без ущерба той занимательности, которая способна пробудить интерес современного массового читателя к исторической книге и заставить его, оторвавшись от телепродукции и всякого рода сомнительных, рассчитанных на неосведомлённого потребителя журналистских псевдо-"дознаний", вернуться в поле творения подлинного знания, чуждого предвзятости и чисто меркантильного интереса.

История оружия в XX в., его изобретения, изготовления и применения, замешанная на секретности и сверхсекретности, таит так много тайн и загадок, что, будучи включена в контекст многомерного исторического анализа, способна существенно изменить (или скорректировать) наше понимание глобальных процессов, о чём писал И.М.Дьяконов, мировой политики, законов, управляющих перемещением фигур на "великой шахматной доске" истории и типологии войн, а также, не в последнем случае, триады - человек (общество), власть и оружие.

У нас мало таких книг и по формату проблемного подхода, и по профессионализму в анализе чисто специальных вопросов, относящихся к военной технологии, хотя, казалось бы, убедительных доказательств особой роли военно-технологического фактора во всех кризисных и переломных моментах XX в. и в процессе их назревания предостаточно. А.С.Орлов высказывает своё видение этой ключевой проблемы на материале военной истории "третьего рейха", дающей богатую пищу для размышлений. Во-первых, об альтернативности вектора исторического развития в случае на все 100 % успешного прохождения всех подготовительных и испытательных стадий создания нацистами "чудо-оружия", прежде всего, управляемого дальнобойного ракетного, а затем и атомного. Германия приступила к широкому развёртыванию ракетостроения с середины 1936 г., а с началом Второй мировой войны основательно занялась и "атомным проектом". Нервозность, которую проявляли учёные и некоторые государственные деятели на Западе в отношении возможного опережения "третьим рейхом" его беспечных противников, не была ни чрезмерной, ни несвоевременной. "Сверхоружие" в руках у Гитлера - что могло быть более устрашающим? И в самом деле, ход истории мог быть иным, окажись ракетное и атомное оружие в руках Вермахта в 1943 или 1944 гг. Кстати, в Америке не без причины верят, что бомбардировка Хиросимы и Нагасаки реально приблизила капитуляцию Японии и сделала невозможными любые формы продолжения сопротивления оккупационным властям после официального признания поражения в войне. Нужно также помнить, что идею "договориться с Англией" на своих условиях Гитлер не оставлял никогда.

И ещё одно. Всегда хочется спросить у сторонников версии Суворова-Резуна о "превентивной" войне Гитлера против СССР, как они ухитряются (мысленно) встраивать в "оборонительную" стратегию нацистского рейха разработки его учёными, инженерами и военными специалистами с начала 30-х годов дальнобойной баллистической ракеты, способной быть носителем и химического, и атомного заряда, как это показано А.С.Орловым. С весны 1939 г. атомным исследованиям в Германии было придано военное направление, хотя развитие их не получило того размаха, одна мысль о котором заставляла холодеть всех, что-либо понимающих в ядерной физике. Израильский историк Габриэль Городецкий в книге "Миф "Ледокола" накануне войны" ⁴, заявляя об абсурдности версии Суворова о зловещей стратегии советского руководства и обратив внимание на низкую боеготовность вооружённых сил Советского Союза к отражению агрессии ⁵, указывал и на "оборотную сторону медали", т.е. на осведомлённость Москвы о превосходстве Германии в вооружениях. Добавлю здесь, что к началу 1940 г. советскому руководству стало ясно, что Германия значительно опережает СССР (и не только СССР) и в области разработки новых вооружений массового поражения. Осознание отставания нашло отражение в целом ряде документов. Один из них - проникнутая тревогой записка В.И.Вернадского, А.Е.Ферсмана, В.Г.Хлопина заместителю председателя СНК СССР Н.А.Булганину "О техническом использовании внутриатомной энергии" от 12 июля 1940 г. ⁶.

Кроме всего прочего, мог ли Сталин, зная об этом опасном отставании, форсировать события и, поступая вопреки здравому смыслу, идти напролом? Советский Союз не только не имел к 1941 г. современной армии для ведения предумышленной агрессивной войны против, в сущности, всей Европы, но и оружия нового поколения (даже в проектах), необходимого для оснащения такой армии. Напротив, уверенность Гитлера в достижимости его планов мирового господства базировалась на реальных перспективных разработках, способных в допустимых временных рамках дать ему абсолютное военное превосходство. Просчёт фашистского фюрера во времени и стойкость союзников перевесили чашу весов в конечном итоге в их пользу. Таков главный вывод исследования А.С.Орлова, весьма поучительного и актуального.

* Один из вариантов рецензии В.Л.Малькова на книгу А.С.Орлова был также опубликован в журнале "Новая и новейшая история", № 3, 2000. С. 221 - 223.