1. "Новая хронология" очень напоминает "колосс на глиняных ногах". Как уверяют авторы, её шокирующие выводы базируются на мощном фундаменте современных математических методов. При ближайшем рассмотрении оказывается, что это не так. Математические методы Фоменко не имеют ничего общего с современной математической статистикой. Они не верифицированы должным образом, статистически некорректны, чувствительны к способу расчёта и допускают "подгонку под ответ". Правда, для того, чтобы в этом разобраться, не нужно иметь не только степени "академика", но даже выходить за рамки программы средней школы по математике.
      2. Читатели склонны верить математике. В основе этого — предубеждение о некоей заведомой "точности" математических методов, более предпочтительной, чем любое гуманитарное знание. При этом забывают, что у нового "точного" метода обязаны быть границы применимости, доверительные интервалы, средние ошибки и т.д. Без поиска и оценки этих параметров применение метода просто лишено смысла. Однако, именно эту картину грубейшего забвения элементарной культуры математических расчётов мы видим в книгах Фоменко.
      3. Книги Фоменко построены так, что найти и "поймать его за руку" в математических методах оказывается очень сложно. В предисловии каждой из книг нас уверяют, что всё здесь изложенное "строго доказано", но — в других работах. Автору удалось добраться до одной из первых обобщающих "научных" работ Фоменко "Методы анализа нарративных текстов и приложения к хронологии" (М., 1990), однако даже в ней нет ни одной математической формулы. Вместо этого запутанным и малопонятным широкому читателю (который почти наверняка пропустит эти страницы) языком излагается "исследовательская кухня" метода, ни на шаг не приближающая к его содержательному наполнению. Только потратив некоторые усилия, можно увидеть вместо этого содержания зияющую пустоту и математическую безграмотность человека, имеющего звание "академика" по Отделению математики.
      4. Суть методов сравнения текстов по Фоменко кратко сводится к следующему. Предметом рассмотрения служат исторические тексты с погодным изложением (летописи, хроники и т.д.). Вначале по тексту строится график "содержания информации", на котором каждому значению года соответствует "объём исторической памяти" о нём. Эта память измеряется Фоменко в количестве страниц (!), соответствующих году (т.е. зависит от издания книги и шрифта?!), или в количестве слов погодной записи (зависит от языка?!), собственных имён, букв и т.д. По его мнению (без какого-либо обсуждения), всё это приводит к одному и тому же графику. Создаётся впечатление, что до Фоменко вообще не существовало никаких методик анализа текстов (контент-анализа, например), где когда-нибудь обсуждались эти проблемы. Всё это лишний раз говорит об уровне его статистической культуры. На втором шаге из графика выбираются точки "максимумов информации". Причём, каким требованиям должны отвечать эти "максимумы" (для которых берутся не все вершины графика), также не ясно. Ещё более любопытно — максимум всегда достигается в одной точке (т.е. в конкретном году), таким образом, два или более года, с одинаковой подробностью описанных в источнике, по мнению Фоменко, встречаться не могут или должны быть заменены одним (ясно, какой здесь простор открывается для подгонки результатов). Наконец, две хроники могут сравниваться, только если у них одинаковое число максимумов. Если же нет — недостающие максимумы воображаются слившимися с уже имеющимися и процедура выбора "слившихся максимумов" также неоднозначна, хотя сильно влияет на ход расчётов. Таким образом, на "выходе" из двух текстов (хроник) мы получаем последовательность максимумов, например, на 400-летнем отрезке — выделяется 25 таких лет. Если максимумы двух хроник "совпадают" (как это оценить — см. ниже), то, по мнению Фоменко, хроники описывают один и тот же отрезок истории, являясь его "дубликатами" в разных эпохах. Заметим, что последнее рассуждение уже не имеет отношения к математике, а с точки зрения исторической науки, мягко говоря, спорно. История — это не только последовательность дат, однако академик, вероятно, этим пренебрегает.
      5. Самое интересное — конечный метод расчёта "близости" двух последовательностей максимумов, названный Фоменко "вероятностью случайного совпадения дат". Хотя существуют давно апробированные статистические коэффициенты, академик придумывает собственный, основанный на расчёте объёма многомерного пространства, размерность которого равна числу выбранных максимумов (в нашем примере — 25). "Фокус" состоит в том, что любая относительная разница (например 75 %, или 3/4) будет числом меньше единицы, при этом возводится в 25 степень и становиться очень маленьким числом. Можно сделать простую оценку — чтобы в нашем примере две хроники были различны с вероятностью в 1 % (т.е. совпадали всего лишь с вероятность в 99%), разница между двумя максимумами должна превышать в них 65 лет, т.е. любые две хроники, в которых на 400-лтнем промежутке разница между сравниваемыми максимумами будет меньше 65 лет, коэффициент Фоменко позволяет считать совпадающими с точностью в 99 %. Если уменьшить это расстояние вполовину (до 32 лет), то после возведения 1/2 в 25 степень хроники окажутся одинаковыми с невообразимой точностью — до одной десятимиллионной доли процента. Ясно, что пользоваться таким коэффициентом в обычном понимании нельзя. Его нужно проверять на предельные ошибки, строить доверительный интервал, факторизовать и т.д. Естественно, ничего этого у Фоменко нет, а есть только ссылки на некий "вычислительный эксперимент", не подтверждённый никакими реальными доказательствами.
      6. Вывод: результаты Фоменко столь же безграмотны математически, сколь и в отношении истории, филологии и пр. Объяснить это можно только отсутствием культуры, непрофессионализмом (в данном случае — в статистике) и непомерными амбициями.